— Я забыла, что такое целоваться, — снова-здорова и снова что-то не так как у меня. Мне уже сложно понимать моих подруг, у меня какая-то другая жизнь. Я медленно уходила в свои мысли, при этом слушая краем уха подругу, — мы не целовались год, а мне всего 28!!!
— А я помню как это... — Мечтательно расплылось мое лицо. Я это почувствовала на физическом уровне. Наверное, улыбка не слазила с моего лица, а ко рту таки нужно было привязывать завязочки.
— КАК??? — от этого вопроса меня передернуло. Это был даже не вопрос. Не предложение, на которое нужно было дать ответ. В ее карих глазах светилось диким огнем любопытство. Прямо как у меня на парах по истории рекламы.

А действительно — как? Как можно целоваться? Как мы в дикой юности учились этому ремеслу таланту? Как определяли? Как понимали, что вот с этим... Даже не так... Вот с ЭТИМ у меня будет первый... И снова не так... Вот с ЭТИМ у меня будет ПЕРВЫЙ ПОЦЕЛУЙ?

— Знаешь, как приятно целоваться, хоть и пошло звучит, по-французски? — она не унималась. Мы похожи, мы обе неуемные=).
— Знаю, — я пыталась снять с лица эту дурнуватую улыбку, — я еще помню.
— Расскажи мне.

И я рассказала. Я рассказала о том, что при настоящем поцелуе работают 38 мышц лица. Я говорила о том, что при приятных поцелуях разглаживаются морщины. И еще о многих полезных штуках, которые выдумали британские ученые и я. Но это все было не то. Наверное, я говорила не о том.

А нужно было говорить о том, что взгляд меняется. Глаза становятся такими, в которые влюбляешься еще больше. Такие близкие, преданные, родные. Это не то, когда просто поцелуй. Это именно ПОЦЕЛУЙ. И понимаешь, что вот ОН. В этом мире только ОН и ОН. То есть любимый человек и этот дурацкий поцелуй, который заставляет гипертоников, ипохондриков и просто холериков увеличивать дозу адреналина в крови. И вот сейчас сердце остановится... Ан нет, чего-то оно хочет вырваться и мешает своим стуком, портит момент. Где-то внутри все сжимается, говорят, это душа рвется наружу. И так мимоходом бросает в дрожь, потом в жар, а потом просто все меркнет. Мир гаснет. И только ощущение, что сводит скулы. Сводит так, что ощущение от затылка и до кончиков пальцев ног. Сводит не от того, что целоваться надоело, а от удовольствия, будто ешь самое вкусное лакомство во вселенной. Остаются только эти ощущения, но уже не на уровне физиологии, а на уровне космоса. Все живое и неживое только здесь — рядом, внутри, я, мы.

Такое бывает только с любимым человеком. С одним. И раз в жизни. Все остальное — шелуха.

— Ты снова задумалась, — мне хотелось ее перебить, но не удалось. — я знаю, что ты знаешь как это. Но ты мне не говоришь, чтоб не расстраивать.

И да, я не хочу ее расстраивать, потому что надеюсь, что она меня поймет. Потому что я никогда не найду правильных слов, чтобы описать это. Для нее, я, тем более, не найду, потому что знаю, она сама все узнает. А я, видимо, изжила себя=). У меня есть человек, с которым мы — одна вселенная. И я радуюсь этому каждый день. Ну и что, что поцелуи всего раз в месяц, но они же есть.

А про секс я расскажу как-нибудь в другой раз ;)